Мы публикуем здесь вступительный доклад IX съезду Партии Социалистического Равенства (США), сделанный Дэвидом Нортом, национальным председателем ПСР. Съезд проходил со 2 по 7 августа 2026 года. Данный доклад представил первую резолюцию «ПСР и борьба против империалистической войны», которая была единогласно принята.

Исторический поворотный пункт

1. IX съезд Партии Социалистического Равенства проходит в критический момент политической истории Соединённых Штатов и всего мира, — в точке пересечения войны, экономического кризиса и быстро растущей социальной радикализации. Аура американской непобедимости, базировавшаяся в течение трёх с половиной десятилетий на жестокой стратегии «шока и трепета», разрушена.

2. Правящий класс привёл Трампа к власти в убеждении, что беспринципный бандит будет усердно защищать его интересы. Предисловие к книге Олигархия: Трамп и распад американской демократии (Oligarchy: Trump and the Breakdown of American Democracy), самой важной современной книге по американской политике, ставит вопрос:

Какое сочетание социальных и экономических процессов привело такого человека к власти? Что поддерживало его на протяжении десятилетия скандалов и преступлений, каждое из которых разрушило бы карьеру любого предыдущего американского политика? И, самое главное, в чьих интересах он правит?

Ответ на последний вопрос не допускает двусмысленности. Трамп является политическим инструментом корпоративно-финансовой олигархии, которая пришла к власти в Соединённых Штатах, — финансовой аристократии, накопившей богатство в масштабах, не имеющих прецедента в истории человечества, и которая по своим классовым интересам непримиримо враждебна демократическим формам правления [1].

3. В борьбе против рабовладельческого строя, угрожавшего уничтожением Союза, ещё молодая американская буржуазия смогла найти такого человека, как Авраам Линкольн в провинциальном городке Спрингфилд (Иллинойс) и водворить его в Белом доме. В 1930-х годах, в разгар Великой депрессии, ещё восходящий американский империализм смог породить политика масштаба Франклина Делано Рузвельта. Но теперь вырождение американского правящего класса находит своё самое отвратительное выражение в президенте, который напоминает персонажа из фильма Скорсезе.

4. Но опыт Трампа в мире нью-йоркской недвижимости и казино Атлантик-Сити не подготовил его к пагубным последствиям его преступной войны против Ирана. Не одна только администрация Трампа дезориентирована и дискредитирована. Это война, которая пользуется двухпартийной поддержкой. Демократическая партия приветствовала первоначальные бомбардировки и обезглавливание иранского правительства. Стратегия, которая направляла внешнюю политику Соединённых Штатов на протяжении последних тридцати пяти лет — резюмированная в печально известной фразе Wall Street Journal «сила работает» — разбита вдребезги.

5. Провал в Иране вызовет ударные волны по всей американской и международной политической системе. Первоначальные экономические и политические толчки уже ощущаются. Среди непосредственных последствий — разоблачение гнилости существующего социального капиталистического строя: его двухпартийной системы, контролируемых корпорациями СМИ, продажных представителей академической среды, бюрократических рабочих организаций, одержимого политикой идентичности псевдолевого движения состоятельной верхушки среднего класса и интеллектуально деградированной культуры.

6. Война не является изолированным событием, не связанным с более широкими процессами. Комбинация военного поражения, социальной радикализации и политического кризиса не является ни случайностью, ни громом среди ясного неба. Это результат противоречий американского и мирового капитализма, предвиденных и проанализированных троцкистским движением. Поэтому работа этого съезда должна начаться с рассмотрения перспективы, которая направляла работу партии.

I. Десятилетие социалистической революции

7. 3 января 2020 года Мировой Социалистический Веб Сайт (МСВС) опубликовал своё новогоднее заявление «Начинается десятилетие социалистической революции». За шесть с половиной лет, прошедших с момента его публикации, это заявление стало объектом определённого жанра критики, весь метод которой состоит в указании на календарь. Ни одно рабочее правительство ещё не было установлено нигде в мире; следовательно, перспектива опровергнута. Аргумент не касается ни одной из формулировок, которые на самом деле содержит документ.

8. Этот жанр нашёл своё наиболее завершенное академическое выражение в книге Джона Келли Сумерки мирового троцкизма (The Twilight of World Trotskyism) — работе, посвящённой обоснованию тезиса о том, что троцкистское движение является историческим реликтом на грани исчезновения, и в которой новогоднее заявление 2020 года выделено для осуждения. Келли пишет:

Герметично запечатанные в своём доктринёрстве и враждебные подлинному эмпирическому исследованию или теоретическому новаторству, организации ортодоксального троцкизма обречены вечно повторять лозунги и политику первой четверти XX века, убеждённые, что эти идеи, и только они, являются ключом к их скорому превращению в массовые революционные партии, которые поведут атаку ленинского типа на капиталистическую власть во всём мире [2].

9. Этот отрывок иллюстрирует интеллектуальное и политическое банкротство неосталинизма и родственных ему форм мелкобуржуазной политики, которые процветают в академических кругах. Каждый элемент обвинения переворачивает реальность с ног на голову. То, что Келли высмеивает как «доктринёрство», является защитой исторической преемственности марксизма — теоретического фундамента, на котором только и возможен научный прогноз. «Эмпирическое исследование», которое он присваивает себе, породило книгу, провозглашающую сумерки троцкизма накануне величайшего кризиса мирового капитализма со времён 1945 года.

10. «Лозунги и политика», высмеиваемые Келли, составляют теоретические и программные основы стратегии социалистической революции в империалистическую эпоху. Приведём несколько примеров «доктринёрства», против которого возражает Келли:

В основе настоящей войны лежит восстание производительных сил, взращенных капитализмом, против национально-государственной формы их эксплуатации… объективный смысл войны состоит в разрушении нынешних национально-хозяйственных гнезд во имя мирового хозяйства. Но не на началах разумно-организованного производственного сотрудничества стремится разрешить эту задачу империализм, а на началах эксплуатации мирового хозяйства капиталистическим классом победоносной страны… [Лев Троцкий, Война и Интернационал, 1914 г.]

Что империализм есть паразитический или загнивающий капитализм, это проявляется прежде всего в тенденции к загниванию, отличающей всякую монополию при частной собственности на средства производства. Разница между республикански-демократической и монархически-реакционной империалистской буржуазией стирается именно потому, что та и другая гниет заживо… Политическая реакция по всей линии — свойство империализма [Ленин, Империализм и раскол социализма, 1916 г.].

11. Продвинувшись на несколько лет за точную границу первых 25 лет прошлого века, я процитирую ещё несколько отрывков, которые являют пример «доктринёрства», которое, несмотря на возражения Келли, остаётся сущностным фундаментом революционной стратегии:

В нашу эпоху, которая есть эпоха империализма, то есть мирового хозяйства и мировой политики, руководимых финансовым капиталом, ни одна национальная коммунистическая партия не может строить свою программу, исходя только или преимущественно из условий и тенденций национального развития…

Интернациональная программа исходит непосредственно из анализа условий и тенденций мирового хозяйства и мировой политической системы как целого, со всеми его связями и противоречиями, то есть антагонистической взаимозависимостью его частей. В нынешнюю эпоху в неизмеримо бóльшей степени, чем в прошлую, национальная ориентировка пролетариата должна вытекать, только и может вытекать из мировой ориентировки, а не наоборот. В этом состоит основное и исходное различие коммунистического интернационализма от всех разновидностей национал-социализма [Лев Троцкий, Проект программы Коминтерна. Критика основ, 1928].

В кризисную эпоху гегемония Соединенных Штатов скажется полнее, открытее, резче, беспощаднее, чем в период подъема. Свои затруднения и недомогания Соединенные Штаты будут изживать и преодолевать прежде всего за счет Европы — будет ли это происходить в Азии, в Канаде, в Южной Америке, Австралии или в самой же Европе; будет ли это «мирным» или военным путем [там же].

Социалистическая революция начинается на национальной арене, развивается на интернациональной, и завершается на мировой. Таким образом, социалистическая революция становится перманентной в новом, более широком смысле слова: она не получает своего завершения до окончательного торжества нового общества на всей нашей планете [Лев Троцкий, «Что же такое перманентная революция?», 1929 г.].

«Социалист», проповедующий национальную оборону, представляет собой мелкобуржуазного реакционера на службе загнивающего капитализма. Не связывать себя с национальным государством во время войны, руководствоваться не военной картой, а картой классовой борьбы, может лишь та партия, которая объявила национальному государству непримиримую войну уже во время мира. Только поняв до конца объективно-реакционную роль империалистического государства, пролетарский авангард может стать неуязвимым для всех видов социал-патриотизма. Это значит: действительный разрыв с идеологией и политикой «национальной обороны» возможен только под углом зрения международной пролетарской революции [Лев Троцкий, Четвертый Интернационал и война, 1934 г.].

12. Эти концепции, относящиеся к первой четверти и первой трети XX века, остаются фундаментом марксистской стратегии и в критическую вторую четверть века XXI. Келли, чья собственная политическая родословная проходит через сталинистское движение, которое предсказывало исчезновение троцкизма в течение девяноста лет, — при этом сначала ликвидируя его кадры, а затем и самое себя, — пишет некролог тому самому течению, чью перспективу события подтвердили. Но не будем осуждать господина Келли, не рассмотрев с должным вниманием его альтернативу доктринёрству троцкизма. Он сообщает нам, что

сведение рабочей политики к бинарному выбору между реформистским социализмом и революционным социализмом… упускает из виду ещё более важную, третью нить — «социальную реформу», поиск улучшений качества жизни в рамках параметров капитализма [3].

13. Я подозреваю, что господин Келли невнимательно прочитал ответ, написанный Розой Люксембург Эдуарду Бернштейну в 1899 году, Социальная реформа или революция. В любом случае, довольно примечательно, что Келли, книга которого был опубликована в 2022 году, указывает на Латинскую Америку как на доказательство жизнеспособности его видения социальной реформы. Но подтвердила ли история последних пяти лет, не говоря уже о прошлом столетии, перспективу Келли в Латинской Америке или, скажем, в Европе или где-либо ещё?

14. За четыре года с тех пор, как Келли сдал революцию в архив, «параметры капитализма», в рамках которых следовало мирно искать улучшений, раскрыли своё истинное содержание: параметры жёсткой экономии, диктатуры и войны. Латинская Америка, фантазии о демократизации которой так восхищали его всего несколько лет назад, теперь находится под властью Фухимори в Лиме, пиночетиста Каста в Сантьяго, поклонника хунты и «политики бензопилы» Милея в Буэнос-Айресе. То же самое в Каракасе, где временное правительство Делси Родригес было установлено после того, как американские коммандос похитили главу государства и передали нефть страны в прямое управление Уолл-стрит.

15. Социал-демократические партии, которые он предлагал в качестве моделей «социальной реформы», перевооружают Европу и демонтируют то, что осталось от государства всеобщего благосостояния. Их директивы и уставы он перечислял как доказательство потенциала капитализма в отношении реформ. Келли утверждает, что троцкизм тщетно выдвигает программу, которая никогда не может быть осуществлена.

16. Мы можем ответить, с гораздо большим основанием, что Келли представляет перспективу, каждая предпосылка которой — долговечность буржуазной демократии, невозможность мировой войны, исчерпанность революционной эпохи, — была опровергнута событиями. Сумерки, как оказалось, пали не на Четвёртый Интернационал, а на иллюзии тех, кто писал ему некрологи.

17. Вступительное предложение заявления 2020 года гласило: «Наступление нового года ознаменовало собой начало десятилетия растущей классовой борьбы и мировой социалистической революции». Ключевая фраза — «ознаменовало собой начало». В заявлении характеризовалась объективная ситуация и её траектория; оно не было расписанием восстаний. Ход последних пяти лет полностью подтвердил перспективу, с которой мы начали десятилетие.

18. Резолюции, представленные IX съезду, являют собой систематическую оценку мировой ситуации на седьмой год десятилетия. Каждая фундаментальная тенденция, выявленная в резолюциях: извержение империалистического милитаризма, кризис мирового хозяйства, распад буржуазной демократии и поворот к авторитарному правлению, взрывное противоречие между технологическим развитием и системой прибыли, основанной на частной собственности, иррациональный уровень концентрации богатства и социального неравенства и международная радикализация рабочего класса, — все это развилось с размахом и скоростью, которые превзошли даже формулировки перспективного заявления 2020 года.

II. Метастазы Третьей мировой войны

19. Заявление 2020 года поставило опасность Третьей мировой войны в центр своего анализа предстоящего десятилетия. Оно видело корни этой опасности в главном противоречии мировой капиталистической системы — между глобально интегрированным характером производительных сил и национально-государственными рамками, в которых капитализм исторически развивался. Шесть с половиной лет спустя уже не стоит вопрос, разразится или нет такая война.

20. Мировая война идёт, развиваясь по образцу метастатического процесса: она распространяется глобально как хроническое и расширяющееся состояние, колонизируя новые регионы, сливая ранее разделённые конфликты в один и постепенно преобразуя мировое хозяйство и каждое национальное государство в подготовке к всеобщему пожару, к которому она устремляется. Поставленный таким образом, привычный вопрос: «Будет ли Третья мировая война?» — оказывается ошибочным.

21. Как я констатировал в выступлении на Первомайском онлайн-митинге 2026 года, «мировая война — это не будущая угроза, а разворачивающаяся в настоящее время реальность». Это непрерывный процесс, подлежащий анализу, состоящий из умножения фронтов, взаимосвязи театров военных действий, подчинения экономической жизни военным требованиям, реорганизации государства для диктатуры и идеологической подготовки населения.

22. Этот анализ теперь подтверждается самыми трезвыми органами буржуазного мнения. 26 июля газета Financial Times опубликовала колонку своего главного комментатора по иностранным делам Гидеона Рахмана под заголовком «Украина, Иран и как региональные войны становятся глобальными». Рахман собирает основные факты: самая кровавая война в Европе с 1945 года; ближневосточная война, втянувшая 12 государств непосредственно в боевые действия; наращивание военного потенциала Северной Кореей и её отказ от мирного воссоединения; учения Китая по перерезанию цепочек снабжения Тайваня; региональные конфликты, которые «начинают сливаться» на двух континентах, одновременно влияя на войны в Африке; и кристаллизация того, что американские стратеги называют «осью противников».

23. Он признаёт, что нынешний список конфликтов «уже отвечает нескольким» из определяющих критериев двух мировых войн, и цитирует описание Зеленским развёртывания северокорейских войск как «первого шага к мировой войне», добавляя, что, поскольку Украина теперь наносит удары по иранским судам, «можно утверждать, что сделан и второй шаг». То, что революционное движение выдвинуло как прогноз в январе 2020 года, теперь поддерживается ведущим колумнистом европейского финансового капитала.

24. Геноцид в Газе, война против Ирана и расширяющийся конфликт на Украине являются взаимосвязанными фронтами в глобальной войне. То, что началось как прокси-война на Украине, спровоцированная империалистическими державами, теперь эволюционировало, бесспорно, в необъявленную, но очень реальную войну держав НАТО против России. Атаки беспилотников по России координируются, без каких-либо попыток скрыть это, Соединенными Штатами и их партнёрами по НАТО. Как сообщила Financial Times 29 июля, «разведывательные данные, предоставленные США и Францией, помогли нанести на карту позиции российских средств ПВО и определить маршруты, которые позволили беспилотникам уклоняться от них и достигать целей глубоко внутри России».

25. Цитируя Роберта Бровди, командующего Силами беспилотных систем Украины, FT пишет, что теперь под прицелом вся европейская территория России. «Восемьдесят миллионов человек — примерно две трети населения России — живут в европейской части страны, в зоне поражения, которая больше не является и не будет считаться безопасным тылом России». FT далее сообщает, что «американская и французская разведка также улучшили процесс выбора целей… помогая украинским операторам дальнобойных беспилотников “узнавать, куда бить”…»

26. Катастрофические последствия координации атак по России со стороны НАТО очевидны. Вероятность российской контратаки по странам НАТО растёт с каждым днём. Путин, бывший советский спецслужбист, воспитанный в сталинистской школе «мирного сосуществования», ничего не предвидел, когда начал свою «специальную военную операцию» в полной уверенности, что его «западные партнёры» пойдут на компромисс с Россией. Мы сейчас являемся свидетелями пагубных последствий упразднения Советского Союза сталинистской бюрократией, о которых предупреждало троцкистское движение.

27. Мировая война, распространяющаяся в настоящий момент по пяти континентам, поднимает на высочайший уровень историческую борьбу данной эпохи: между глобальной империалистической войной и мировой революцией, между стремлением империализма организовать и подчинить всю планету и всё более осознанными усилиями международного рабочего класса свергнуть общественный строй, который толкает империализм на насильственный передел мира.

III. 1991 год и генезис нынешней войны

28. Нынешний мировой конфликт развивается не с 2022 года и не с 2014 года, а с 1990–91 годов. Упразднение Советского Союза сталинистской бюрократией — завершающий акт её контрреволюционной эволюции — был встречен правящими классами Запада как окончательная победа в борьбе, начавшейся в 1917 году. Провозглашение «конца истории» не было, в сущности, тезисом о вечном триумфе либеральной демократии. Это было объявление о том, что призрак социализма, наконец, изгнан, что вызов, брошенный Октябрьской революцией, был окончательно ликвидирован, и что XX век теперь может быть аннулирован.

29. Реакция империализма на упразднение СССР была не чем иным, как попыткой воссоздать мир таким, каким он был бы, если бы Октябрьская революция никогда не произошла: восстановить неопосредованное господство капитала над всеми территориями, ресурсами и населением, которые революция и её последствия изъяли из-под контроля империалистической системы или защитили от неё, а также завершить, с опозданием на семьдесят пять лет, перспективу, с которой Соединённые Штаты вступили в Первую мировую войну, — реорганизацию всей планеты в рамках того, что президент Джордж Буш-старший назвал «новым мировым порядком», то есть организацию планеты под гегемонией американского империализма.

30. Из этого следовали две определяющие стратегические мотивации постсоветской империалистической политики. Первой являлся передел самого постсоветского пространства. Конец СССР прямо поставил вопрос о расчленении огромного территориального, промышленного и ресурсного наследия, развившегося в рамках рабочего государства — крупнейшего невостребованного приза в истории империализма. С этого момента передел мира был на практике связан со стремлением поставить все пространство бывшего советского государства под империалистический контроль: его земли, его энергоресурсы, его полезные ископаемые, его рабочая сила, его стратегическое положение в Евразии.

31. Эта цель стояла в центре американской и европейской политики на протяжении тридцати пяти лет. Она была закреплена уже в «Руководстве по планированию обороны» (Defense Planning Guidance) 1992 года, которое определило предотвращение появления любого нового соперника на Евразийском континенте как главную цель американской стратегии. Это было открыто обосновано теоретически в геополитической литературе, которая идентифицировала контроль над постсоветской периферией, прежде всего Украиной, как ключ к мировому господству. Эта политика осуществлялась путем продвижения НАТО на восток посредством пяти волн расширений к границам России [4]; путем военного разрушения и раздела Югославии — первой войне в Европе с 1945 года, которая дала шаблон для «гуманитарной» империалистической интервенции; а также в серийной организации «цветных революций» по всему бывшему Советскому Союзу, кульминацией чего стал переворот 2014 года в Киеве, превративший Украину в передовую базу империализма для продвижения на восток.

32. Война, вспыхнувшая в 2022 году, несмотря на реакционный характер ответа режима Путина на провокацию НАТО, является кульминацией всей этой траектории. Её цель, теперь высказываемая со всё возрастающей откровенностью в западном стратегическом дискурсе под кодовыми словами «стратегического поражения» и «деколонизации», — это расчленение Российской Федерации.

33. Вторая стратегическая мотивация следовала из устранения советского противовеса в остальном мире. Советская сталинистская политика в колониальных и менее развитых странах никогда не была подлинно антиимпериалистической. Кремль поддерживал национальные движения за самоопределение в «третьем мире» как средство ослабления империалистического давления на СССР. Кремль никогда не поддерживал, а тем более не поощрял социалистическую революцию за пределами Советского Союза.

34. Тем не менее, как бы цинично Кремль ни использовал и ни манипулировал ими в интересах сталинистской внешней политики, существование СССР обеспечивало определённую степень безопасности, дипломатической, военной и экономической, для целого слоя буржуазных националистических режимов в бывшем колониальном мире, свобода манёвра которых зависела от способности балансировать между империалистическим и сталинистским блоками. Исчезновение СССР устранило все ограничения на прямое империалистическое насилие против них.

35. Война в Персидском заливе 1990–91 годов, начатая в разгар распада Советского Союза, открыла эру «вечных войн». В докладе Специальному съезду Рабочей лиги (предшественницы Партии Социалистического Равенства в США) в августе 1990 года, созванному в ответ на неминуемое вторжение США и коалиции империалистических держав в Ирак, я утверждал:

Эта международная мобилизация против Ирака является выражением исторической сущности кризиса в Персидском заливе. Это знаменует начало нового империалистического передела мира. Конец эры послевоенного развития означает конец постколониальной эпохи. Провозглашая «крах социализма», империалистическая буржуазия на деле, если еще не на словах, провозглашает крах идеи независимости [бывших колоний]. Усугубляющийся кризис, с которым сталкиваются все основные империалистические державы, вынуждает их бороться за контроль над стратегическими ресурсами и рынками. Бывшие колонии, достигшие определенной степени политической независимости, должны быть снова подчинены. В своем жестоком нападении на Ирак империализм дает понять, что намерен восстановить тот тип беспрепятственного господства над отсталыми странами, который существовал до Второй мировой войны [5].

36. Все последующие события подтвердили этот анализ. Ирак подвергался беспощадной блокаде и бомбардировкам на протяжении 1990-х годов и был разрушен вторжением в 2003 году. Были атакованы Сомали и Югославия; Афганистан был оккупирован в течение двадцати лет; Ливия — превращена в руины в 2011 году; Сирия — поглощена десятилетием прокси-войны; Йемен — уморен голодом; Судан — расчленён; а теперь, в 2026 году, Иран подвергается открытой и неограниченной агрессии. Эти три с половиной десятилетия непрерывных войн, простирающихся по дуге от Балкан до Гиндукуша [6], составляют одну затяжную кампанию: систематическую ликвидацию, государство за государством, любого препятствия, воздвигнутого революционными и антиколониальными потрясениями XX века на пути беспрепятственного господства империализма в решающих энергопроизводящих регионах мира.

37. Война против Ирана является кульминацией всей этой 35-летней траектории. Она также является историческим сведением счётов за нее. Возмездие настигает теперь высокомерие. Запланированная как венчающая операция проекта гегемонии после 1991 года, атака 28 февраля, начатая в разгар переговоров с убийства главы государства и его семьи, должна была продемонстрировать раз и навсегда, что ни одно государство не может противостоять концентрированному применению американской военной мощи.

38. Пять месяцев спустя результатом является крупнейший стратегический провал. Иран не капитулировал. Ормузский пролив, через который проходит 20% мировой нефти, остаётся оспариваемой зоной боевых действий. Американские запасы боеприпасов истощены; региональная структура военных баз подвергается непрерывному обстрелу. И собственные стратегические аналитики Вашингтона теперь признают, что Соединённые Штаты оказались в «стратегическом тупике», неспособные достичь своих целей. Эта оценка не должна восприниматься как означающая, что администрация Трампа не попытается найти выход из нынешнего тупика путём дальнейшей эскалации, включая наземное вторжение в Иран. Но такое чудовищное безрассудство лишь увеличило бы масштаб катастрофы.

39. Значение этого провала, даже без вторжения, простирается далеко за пределы Персидского залива. Убеждение, которое направляло американскую политику с 1991 года, — что Pax Americana может быть навязан миру путем неограниченного применения военной силы, — оказалось заблуждением. Более ранние жертвы вечных войн были изолированными, бедными и беспомощными в военном плане государствами; и даже их переустройство за три с половиной десятилетия войн породило не новый мировой порядок, а руины. Против Ирана, нации с 93 миллионами жителей, эта формула полностью провалилась. Но заблуждение было идеологическим рефлексом правящего класса, который пытался военными средствами обратить вспять затяжной упадок своего экономического положения. Именно по этой причине стратегический просчёт в Заливе породит не отступление, а дальнейшую и более отчаянную эскалацию, направленную против России и Китая, — то есть расширение той самой мировой войны, фронты которой рассматриваются в данном докладе.

40. Соединённые Штаты возглавили новый империалистический крестовый поход. Но это никогда не было исключительно американским предприятием. Как отмечалось в вышеупомянутом докладе 1990 года,

Империалистические стратеги «старого света» приветствуют возможность, которую Буш предоставил для восстановления колониального господства. Американская интервенция воспринимается как начало нового передела земного шара. Вот почему каждое империалистическое государство так стремится участвовать в современном крестовом походе против иракских неверных. Даже самые дряблые старые проходимцы втягивают свои пивные животы и пытаются облачиться в имперские мундиры, которые обстоятельства вынудили их сдать в гардеробную на десятилетия [7].

41. Тридцать пять лет спустя эскалация конфликта с Китаем относится к тому же историческому комплексу. Китай стал мощным экономическим конкурентом Соединённых Штатов, и Вашингтон не может этого терпеть. Но напряжённость усугубляется тем фактом, что колоссальный экономический рост Китая неотделим от его революционной истории. Революция 1949 года, сама по себе продукт эпохи, открытой Октябрём, положила конец столетию империалистического расчленения, изгнала иностранный капитал, объединила страну и создала, несмотря на последующую эволюцию при маоизме и начавшуюся в 1978 году реставрацию капитализма, государство, чьи истоки лежат в антиимпериалистической революции, вдохновлённой Октябрём. Его способность к развитию является прямым наследием этой революции.

42. Американская политика первоначально приветствовала реставрацию капитализма в Китае как открытие безграничного резервуара дешёвой рабочей силы. Она предполагала, что интеграция приведёт к подчинению и, наконец — через комбинацию империалистического экономического давления и разжигания языковых, этнических и национальных конфликтов, — к распаду Китая.

43. Вся стратегическая ориентация последних пятнадцати лет: «поворот к Азии», торговая война, технологическая блокада, сеть союзов от Quad до AUKUS, — все это было вызвано осознанием того, что данное предположение провалилось. Китайское капиталистическое государство отказалось от отведённой ему подчинённой роли, и поэтому его экономический подъём делает его в глазах Вашингтона не рыночной возможностью, а соперничающим капиталистическим вызовом американскому устремлению к глобальной гегемонии, последовавшему за упразднением СССР.

44. Это не меняет того факта, что политическая траектория Коммунистической партии Китая (КПК), пропитанная национализмом, является фундаментально реакционной. «Социализм с китайской спецификой» — это противоречие в терминах. Как бы ни было мощно экономическое развитие Китая, его судьба будет определяться исходом международной классовой борьбы, в которой борьба китайского рабочего класса против правящего капиталистического режима будет играть огромную роль. Без социальной революции, которая положит конец правлению капиталистической олигархии и установит подлинное рабочее государство в самом Китае, экономическое развитие Китая неумолимо ведёт к катастрофической войне с Соединёнными Штатами.

45. Пожалуй, наиболее поразительной чертой нынешней ситуации является то, что лидеры основных империалистических держав больше не делают секрета из своей убеждённости в том, что война против Китая и России неизбежна, и что задача государственного управления состоит в подготовке к ней. В разгар «холодной войны», какова бы ни была реальность их приготовлений, главы ведущих держав публично говорили о предотвращении войны. Президент Кеннеди заявил своей аудитории в Американском университете в июне 1963 года, что «тотальная война бессмысленна» в ядерный век, и провозгласил мир «необходимой рациональной целью рациональных людей».

46. Знаменитая речь Кеннеди была произнесена менее чем через год после того, как его собственная политика привела к Карибскому кризису, и всего за пять месяцев до его убийства. Будучи доведённым до грани термоядерной войны в октябре 1962 года, он, возможно, был искренен в своём заявлении, что такой исход «бессмысленен». Но фундаментальный недостаток вывода Кеннеди заключался в том, что он предполагал, будто империализмом управляет ограниченная моралью рациональность, ставящая выживание во главу угла. Если нынешние правители действуют как безумцы, то потому, что их решения определяются, по существу, иррациональными интересами корпоративно-финансовой олигархии, одержимой неизбежно насильственной борьбой за передел мира, рынков, сырья и сфер инвестирования, независимо от последствий.

47. Сегодня ключевая фраза в каждой империалистической столице — «подготовка к войне». Канцлер Мерц заявил немецкой общественности: «Мы не находимся в состоянии войны, но мы больше не находимся и в состоянии мира». Это слова, произнесённые в то время, как его правительство принимает пакет военных мер, чтобы сделать государство, экономику и общество «устойчивыми к кризисам», и в то время как его министр обороны называет 2029 год годом, к которому Германия должна стать kriegstüchtig, готовой к войне. Мерц, бывший председатель наблюдательного совета инвестиционной компании BlackRock Germany, не выступает как кайзер Вильгельм и не ударяется в истерию, как Адольф Гитлер. Но его приготовления к войне с Россией находятся в исторической преемственности с целями германской империалистической внешней политики, охватывающими более века.

48. Бывший премьер-министр Кир Стармер объявил в июне 2025 года, что Британия переходит к «боеготовности как центральной цели наших вооружённых сил», и пообещал внедрять инновации «в военном темпе». Президент Макрон, объявляя об удвоении французского военного бюджета, заявил, что «с 1945 года свобода никогда не была так сильно под угрозой», и поучал граждан страны, что «чтобы быть свободным в этом мире, нужно, чтобы тебя боялись; чтобы тебя боялись, нужно быть сильным».

49. В своём новогоднем обращении к вооружённым силам в январе этого года он доложил, что «мы готовы», и что десятилетие французского перевооружения «принесло плоды». К июлю Макрон провозглашал готовность Франции сражаться «даже ценой нашей крови». Когда читаешь эти слова, задаёшься вопросом: «Откуда взялось это безумие? Верят ли они сами в свои слова?» Это не частные планы генеральных штабов, просочившиеся в прессу или реконструированные историками после военной катастрофы. Это публичные выступления глав правительств, обращённые к их собственным народам, и их цель — приучить эти народы к войне, которая ведётся поверх их голов и против их воли.

50. Более того, военная лихорадка не ограничивается старыми империалистическими центрами. Обострение мирового конфликта втягивает региональные державы всё глубже в его водоворот, и никого с такой силой, как Турцию. Обладая самой крупной сухопутной армией в европейском НАТО и быстро расширяющейся оружейной промышленностью, правительство Эрдогана вмешалось в конфликты в Сирии, Ливии и на Южном Кавказе, расширило своё экономическое и военное влияние в Африке и теперь выдвигает себя в качестве незаменимого арбитра мирового кризиса, — поддерживая каналы связи между Москвой и Киевом, предлагая свои услуги в качестве посредника в войне против Ирана, даже когда военные базы НАТО в Инджирлике, Конье и Кюреджике служат центрами развёртывания и разведки для американо-израильской агрессии. Принимая июльский саммит НАТО в Анкаре, Эрдоган провозгласил Турцию «не просто принимающей страной, но ключевым союзником».

51. Эта эскалация вмешательства в мировую политику выражает не силу, а невозможность нейтралитета: метастатическое распространение войны заставляет буржуазию каждой региональной державы спешить занять место в переделе мира, чтобы не стать жертвой этого передела. И, как и везде, внешнее проецирование военной силы соединено с внутренней реакцией: заключением в тюрьму лидеров буржуазной оппозиции, десятилетиями угнетения курдского населения и систематическим преследованием антивоенной и социалистической оппозиции.

52. Когда мы собираемся сейчас, летом 2026 года, войны ведутся на пяти континентах: в Европе, Азии, Африке и, через венесуэльскую операцию, её распространение на Кубу и одновременную милитаризацию Карибского бассейна, — в Северной и Южной Америке. Хотя они ещё не вступили в военный конфликт, Мексика, Канада, Соединённые Штаты и Гренландия становятся свидетелями колоссальной эскалации экономического и политического конфликта, который грозит перерасти в войну.

53. Следовательно, третья мировая война — это не гипотеза о будущем. Это описание настоящего. Предупреждение заявления 2020 года о том, что борьба против войны будет стоять в центре предстоящего десятилетия, подтвердилось. Война не является отклонением, навязанным здоровой американской экономике. Это политическое следствие противоречий самой экономики. Заявление 2020 года зафиксировало объективные показатели распада. Шесть с половиной лет спустя каждый показатель ухудшился на порядок.

IV. Экономическая база

54. В конце 2020 года валовой федеральный долг составлял примерно 27,7 триллиона долларов. По состоянию на 7 января 2026 года он достиг 38,43 триллиона долларов, — на 10,73 триллиона долларов больше, чем пятью годами ранее, увеличиваясь в предыдущий год в среднем на 8,03 миллиарда долларов в день, 334 миллиона долларов в час, или примерно 93 000 долларов в секунду. К июню 2026 года общая сумма достигла 39,5 триллиона долларов, и 2026 финансовый год, по прогнозам, завершится на отметке около 40 триллионов долларов. Таким образом, за пять с половиной лет долг вырос примерно на 12 триллионов долларов, или более чем на 40 процентов, при этом новый триллион долларов теперь добавляется к общей сумме примерно каждые пять месяцев. Аналитический центр «Комитет по ответственному федеральному бюджету» прогнозирует, что к 2035 году долг превысит 53 триллиона долларов, или 120 процентов ВВП.

55. В 2020 финансовом году чистые расходы на выплату процентов по долгу составляли примерно 345 миллиардов долларов, при средней процентной ставке по рыночным долговым обязательствам около 1,5 процента. С тех пор чистые процентные расходы почти утроились. Средняя ставка по рыночным долговым обязательствам составляет теперь 3,36 процента, и Управление Конгресса по бюджету прогнозирует, что в 2026 финансовом году чистые процентные расходы составят 13,85 процента всех федеральных расходов, достигнув 14,52 процента к 2028 финансовому году. Читаешь эти цифры и удивляешься, почему французского министра финансов Неккера так беспокоил французский долг в 1788 году. По сравнению с этим финансовая политика предреволюционной Франции была примером крайней бережливости. Годовые процентные платежи, которые достигли почти 1 триллиона долларов в 2025 году, по прогнозам, достигнут 1,8 триллиона долларов к 2035 году. Проценты по долгу теперь превышают военный бюджет — классический симптом фискального разложения империи.

56. Дефицит по товарам и услугам в 2020 году составлял 678,7 миллиарда долларов. За 2025 год он составил 901,5 миллиарда долларов, — включая дефицит по товарам в 1,24 триллиона долларов, частично компенсированный профицитом по услугам в 339,5 миллиарда долларов. Значимость заключается не только в уровне, примерно на треть превышающем уровень 2020 года, но и в продемонстрированной неэффективности тарифного наступления: несмотря на агрессивный тарифный режим администрации Трампа, дефицит 2025 года сократился лишь на 0,2 процента, или 2,1 миллиарда долларов, по сравнению с 2024 годом. Примечательно, что крупнейший товарный дефицит теперь приходится на торговлю с Европейским союзом (218,8 миллиарда долларов), превышая дефицит торговли с Китаем (202,1 миллиарда долларов) и Мексикой (196,9 миллиарда долларов), — факт, имеющий прямое отношение к обострению торгового конфликта между США и ЕС.

57. Дефицит 2020 финансового года в 3,1 триллиона долларов был экстраординарным — продуктом чрезвычайных мер, связанных с пандемией. Но с тех пор дефицит в 1,7–1,9 триллиона долларов стал постоянной нормой пока еще «мирного» времени. По прогнозам, дефицит вырастет с 1,7 триллиона долларов в 2025 году до 2,6 триллиона долларов в 2035 году, с кумулятивным дефицитом в 22,7 триллиона долларов в течение следующего десятилетия. Долгосрочные прогнозы Управления Конгресса по бюджету показывают, что дефицит будет составлять в среднем 7,2 процента ВВП в течение следующих трёх десятилетий, при этом государственный долг на руках у населения вырастет со 100 процентов ВВП в 2026 году до 175 процентов к 2056 году. Ясно, что такая тенденция неподдерживаема.

58. В 2020 году золото стоило в среднем примерно 1770 долларов за унцию, закрыв год на уровне около 1895 долларов. По состоянию на 30 июля 2026 года оно торгуется примерно по 4080 долларов за унцию — рост на 24 процента только за последний год — и неоднократно обновляло исторические максимумы, поднявшись более чем на 25 процентов с начала 2025 года. Таким образом, цена золота более чем удвоилась с 2020 года: это однозначный вердикт мирового рынка доллару и бумажным активам в целом. Всемирный совет по золоту (World Gold Council) сообщил о рекордном мировом спросе на золото в 2025 году, вызванном прежде всего покупками центральных банков — материальным выражением дедолларизации.

59. Доллар упал примерно на 10 процентов по отношению к основным валютам за последний год, при этом в январе 2026 года последовало дальнейшее падение на 1,2 процента. Его доля в мировых валютных резервах, составлявшая примерно 59 процентов в 2020 году, упала до 56,9 процента в третьем квартале 2025 года, — самый низкий уровень с 1995 года и намного ниже пика 2001 года в 72 процента. Замораживание 300 миллиардов долларов активов российского Центробанка в 2022 году стало поворотным моментом, фундаментально изменившим расчёт рисков управляющих резервами по всему миру и ускорившим диверсификацию в золото и недолларовые активы, в то время как китайская Система межбанковских платежей (CIPS) теперь связывает участников в 117 странах.

60. Экономический упадок американского капитализма неотделим от ошеломляющего обогащения финансовой олигархии, которая им управляет. Согласно данным Федеральной резервной системы, опубликованным в январе, доля национального богатства, принадлежащая самому богатому 1 проценту американцев, достигла 31,7 процента в третьем квартале 2025 года, — самый высокий уровень за всю историю наблюдений. При этом верхние 10 процентов владеют более чем 68 процентами, а нижняя половина населения — едва ли 2,5 процента. В глобальном масштабе богатство миллиардеров росло в 2025 году в три раза быстрее среднего темпа предыдущих пяти лет, достигнув рекордных 18,3 триллиона долларов, — увеличение на 81 процент с момента публикации нашего заявления 2020 года. Число долларовых миллиардеров теперь превышает 3 000, а их совокупное состояние эквивалентно 14 процентам мирового ВВП, против 2,5 процента в 1990 году. Богатство олигархии росло параллельно с тридцатипятилетним извержением империалистической войны, движущей силой и бенефициаром которой она является.

61. Взятые вместе, эти цифры описывают не циклические затруднения, а структурное состояние: государство, добавляющее триллион долларов долга примерно каждые пять месяцев; обслуживание долга, пожирающее одну седьмую федерального бюджета; торговый дефицит, невосприимчивый к протекционистским мерам; валюта, теряющая как обменную стоимость, так и статус резервной; золото — конечная мера стоимости, — регистрирующее вотум недоверия всей долларовой кредитной структуре; и стоящая над всем этим финансовая олигархия, чья доля национального богатства достигла самого высокого уровня за всю историю.

62. Эти цифры фиксируют не просто распределение богатства, но и форму правления. Современное американское государство является олигархическим по своей сути. Доклад благотворительной организации Oxfam от января 2026 года, уместно озаглавленный «Сопротивление власти богатых», документирует, что миллиардеры в 4 000 раз чаще занимают политические должности, чем другие граждане; что один из каждых шести долларов, потраченных на выборах в США в 2024 году, поступил от всего 100 семей миллиардеров; что кабинет Трампа с совокупным состоянием, превышающим 7 миллиардов долларов, является самым богатым в американской истории; и что президент использовал свою должность, чтобы увеличить своё личное состояние более чем на 1 миллиард долларов за один год. Более половины крупнейших медиакомпаний мира и восемь из десяти ведущих фирм в области искусственного интеллекта контролируются миллиардерами [8].

63. Характеристика Марксом государства как комитета по управлению общими делами буржуазии приобрела почти буквальную точность. Правительство Соединённых Штатов функционирует как прямой инструмент корпоративно-финансовой аристократии, и уничтожение демократических форм правления, стремление к диктатуре и разжигание войны являются политическими методами, необходимыми для защиты её богатства от рабочего класса. В будущем, когда на эти цифры будут смотреть, записывать и изучать историки, будет казаться крайне очевидным, что революция была неизбежна. Все будут писать: «Как можно было этого не видеть?» Но, конечно, историки этого не видят, как и подавляющее большинство политических комментаторов.

64. Другим критическим элементом экономического кризиса, возникающего из-за огромного расширения кредита и долга, является рост фиктивного капитала, который сосредоточен сейчас в спекулятивном безумии, окружающем то, что правящий класс называет «искусственным интеллектом». МСВС отвергает этот термин в пользу «расширенного интеллекта» (augmented intelligence). Технология не является ни искусственным, ни чуждым человеку интеллектом. Это овеществление накопленного человеческого интеллектуального труда, и преобладающая терминология, подобно товарному фетишизму, проанализированному Марксом, изображает человеческий общественный продукт как автономную силу, стоящую над ним.

65. Но значение этой технологии выходит далеко за пределы состояний спекулянтов. Как было изложено в лекциях, прочитанных прошлой осенью в Берлине и Лондоне, расширенный интеллект, изгоняя живой труд — единственный источник прибавочной стоимости — из производственного процесса в беспрецедентном масштабе, объективно подрывает всю систему стоимости, на которой основан капитализм. Он доводит органическое строение капитала до небывалых высот, ускоряет тенденцию нормы прибыли к понижению и ведёт к условию, предвиденному Марксом в Экономических рукописях 1857–1859 годов (Grundrisse), когда производство, основанное на меновой стоимости, разрушается. Этот развёрнутый анализ не может быть рассмотрен здесь в подробностях; но он определяет объективные рамки, в которых необходимо рассматриваться спекулятивное безумие.

66. При капиталистической форме собственности технология огромного освободительного потенциала стала инструментом спекулятивного пузыря. Всё американское финансовое здание покоится теперь на чрезвычайно узком фундаменте: нескольких технологических монополий. Три десятилетия повторяющихся пузырей, на взрыв каждого из которых правящий класс реагировал расширением кредита, привели к спекуляциям, проводимым в условиях, когда традиционные средства — фискальная экспансия [меры по стимулированию бизнеса] и смягчение денежно-кредитной политики — ограничены горой долга и хрупкостью самого доллара. В этих условиях правящий класс обращается к войне как к ответу на экономический кризис. Война является классическим капиталистическим разрешением кризиса перепроизводства и сверхнакопления: это физическое уничтожение капитала, захват ресурсов и рынков, последним примером чего является кража венесуэльской нефти, а также дисциплинирование рабочего класса в условиях чрезвычайного положения.

67. Переход к экономике, основанной на войне, сейчас наиболее далеко зашел в Европе. На саммите в Гааге в 2025 году НАТО заменило целевой показатель в 2 процента ВВП военных расходов на целевой показатель в 5 процентов — 3,5 процента непосредственно на армию и дополнительные 1,5 процента на военную инфраструктуру, — а на июльском саммите в Анкаре этого года государства-члены представили свои планы по его выполнению. Страны Балтии и Польша уже тратят от 4 до 5 процентов.

68. Германия приняла самый крупный бюджет на перевооружение в истории Федеративной Республики. Она приостановила для военных расходов действие конституционного долгового тормоза, обязалась достичь целевого показателя в 3,5 процента на армию на шесть лет раньше графика альянса, взяла курс на регулярные военные расходы, превышающие 200 миллиардов евро в год, и открыто провозгласила цель создать самую сильную конвенциональную армию в Европе.

69. С января каждый немецкий восемнадцатилетний юноша должен заполнить анкету по поводу военной пригодности. С июля 2027 года медицинское обследование становится обязательным для первой мужской возрастной группы, с законодательно установленным механизмом для мобилизации по призыву, если добровольный набор окажется недостаточным. В Соединённых Штатах автоматическая регистрация всех мужчин в возрасте от 18 до 26 лет, запланированная на декабрь, готовит тот же инструмент.

70. Мировую ситуацию нельзя судить только по её объективным фактам; необходимо также исследовать сознание классов, действующих в ней. Июльско-августовский номер журнала Foreign Affairs, органа Совета по международным отношениям, задает на своей обложке вопрос: «Кто выиграет следующую войну?» Центральный теоретический орган американского империализма подготовил целый номер не вокруг вопроса о том, произойдёт ли война великих держав, и уж тем более как её можно предотвратить, а вокруг того, кто её выиграет. Разрешённая дискуссия варьируется от тех, кто хотел бы начать следующую войну раньше, до тех, кто хотел бы вести её лучше подготовленными; позиция, что её не следует вести, вообще не представлена. Правящий класс усвоил неизбежность Третьей мировой войны и рассматривает ее как свою рабочую гипотезу.

V. Радикализация рабочего класса и кризис руководства

71. Влажнейший урок эпохи 1914-1945 годов имеет прямое отношение к настоящему. Мировая война и социальная революция являются взаимосвязанными фазами единого кризиса. Первая мировая война породила в течение трёх лет величайшую революционную волну в истории. Вторая мировая война породила потрясения 1943–1948 годов, которые были сдержаны только совместными усилиями империализма и сталинизма. И, конечно, великие антиколониальные движения, которые развернулись в 1950-х, 1960-х и в 1970-х годах, сами были отголосками Второй мировой войны и революционной волны.

72. Тотальная война требует тотальной мобилизации рабочего класса, приводя в движение процесс социальной и политической радикализации, как это произошло в 1917 году и в последние годы и после Второй мировой войны. Нынешние правители знают эту историю. Она заложена в институциональной памяти каждого капиталистического государства. Правящий класс помнит о революционных последствиях империалистической войны, начавшейся в 1914 году, и боится их. Как написал правый историк Шон Макмикин в столетие Октябрьской революции: «Как и в случае с ядерным оружием, рождённым идеологической эпохой, начавшейся в 1917 году, досадный факт в отношении ленинизма заключается в том, что, будучи однажды изобретенным, он не может быть отыгран назад» [9].

73. Метастатическое распространение империалистической войны находит свой диалектический антипод в глобальном расширении классовой борьбы. Её рост протекает, используя термин Троцкого, применённый к созреванию революционного сознания, молекулярно, под поверхностью официальной политики, в миллионах индивидуальных опытов эксплуатации, войны и государственного насилия, которые накапливаются молча, пока не находят коллективное выражение с силой, застающей любое правительство врасплох. Там, где война делит мир на фронты, классовая борьба объединяет его.

74. Международное объединение рабочего класса было предвидено во вступительном докладе XIII Национальному съезду Рабочей лиги 30 августа 1988 года:

Мы предвидим, что следующий этап пролетарской борьбы будет неумолимо развиваться, под совокупным давлением объективных экономических тенденций и субъективного влияния марксистов, по интернационалистической траектории. Пролетариат будет всё больше определять себя на практике как международный класс; а марксистские интернационалисты, политика которых является выражением этого органического процесса, будут культивировать этот процесс и придавать ему сознательную форму [10].

75. В 1988 году глобальная интеграция производства, по сравнению с её нынешним масштабом, находилась в зачаточном состоянии. Транснациональные корпорации только начинали вытеснять более старую многонациональную форму организации. За прошедшие с тех пор четыре десятилетия этот процесс был доведён до своего завершения. Многонациональная корпорация старого типа была, по сути, национальной фирмой с зарубежными операциями — американской, немецкой или японской компанией, которая создавала дочерние предприятия за границей, в то время как её продукты все еще могли быть идентифицируемы по национальному признаку. Этот мир больше не существует. Производство реорганизовано в единый глобально интегрированный процесс, и в ходе этой реорганизации сам товар оказался лишён национальной идентичности.

76. Сегодня не существует такой вещи, как американский автомобиль, немецкий станок, корейский телефон или китайский компьютер. Автомобиль, собранный в Мичигане, содержит полупроводники, произведённые на Тайване на японских пластинах, изготовленных на голландских литографических машинах, жгуты проводов из Сьюдад-Хуареса и Гондураса, редкоземельные металлы, переработанные в Китае, программное обеспечение, написанное в Бангалоре и Сиэтле, а также алюминий, выплавленный из гвинейской бокситовой руды. Маркировка происхождения, которая когда-то обозначала действительное национального происхождение продукта, стала экономической фикцией. То, что она скрывает, является существенным фактом: каждый значимый товар является теперь продуктом мирового производственного процесса, состоящего из сложных производственных сетей, воплощающих совокупный труд рабочих на всех континентах.

77. Сегодня преобладает организация самого производства поверх границ — непрерывный, взаимозависимый процесс, в котором ни один национальный сегмент не является самодостаточным или даже жизнеспособным сам по себе. Фабрика, по сути, растянута по всему миру. Рабочий в Гуандуне, рабочий в Штутгарте, рабочий в Сан-Паулу и рабочий в Детройте не просто производят похожие вещи параллельно; они трудятся на разных станциях одного и того же процесса, над одним и тем же продуктом.

78. Буржуазия извлекла из этой трансформации свои собственные выводы: что ресурсы, рынки и пути снабжения всего мира являются жизненно важными национальными интересами, контроль над которыми должен быть обеспечен силой. Но рабочий класс та же трансформация движет к противоположному выводу.

79. Глобальные цепочки поставок, системы связи и интегрированные производственные сети являются артериями, через которые рабочие всех континентов обнаруживают, что им противостоят те же банки, те же корпорации и те же правительства.

80. Человеческим фундаментом этого слияния является беспрецедентный в истории масштаб развития международного рабочего класса. По подсчётам международных организаций труда, глобальная рабочая сила насчитывает сейчас около трёх с половиной миллиардов человек. Это крупнейшая социальная сила, когда-либо существовавшая в истории, а большинство человечества теперь живёт в городах, — порог, впервые преодолённый в нынешнем столетии.

81. Промышленный рабочий класс одной только Азии во много раз больше, чем весь мировой пролетариат 1917 года. Рабочий класс Китая, составляющий около трёх четвертей миллиарда, является крупнейшим в истории мира. Всеобщие забастовки в Индии неоднократно мобилизовывали более 200 миллионов рабочих в течение одного дня, — крупнейшие коллективные действия, когда-либо предпринимавшиеся человечеством. В Святом семействе, в отрывке, к которому МКЧИ неоднократно возвращался, Маркс и Энгельс установили закон, управляющий отношением между этой массой и её исторической задачей: «Вместе с основательностью исторического действия будет, следовательно, расти и объём массы, делом которой оно является» [11]. В политическом плане это понимание так же важно, как формула Эйнштейна E=mc².

82. Это положение также можно читать в обратном порядке, и именно в обратном прочтении проявляется всё его значение для нашей эпохи. Объем массы, теперь втягиваемой в действие, сам по себе является мерой основательности предстоящего исторического действия. Социальная сила в три с половиной миллиарда человек, сконцентрированная в городах, связанная самым интегрированным производственным аппаратом из когда-либо созданных, и сталкивающаяся одновременно с мировой войной, диктатурой и социальным обнищанием, концентрируется историей не для протеста. Она концентрируется для самого основательного социального преобразования, когда-либо происходившего, — мировой социалистической революции.

83. Радикализация рабочего класса, которую заявление 2020 года называло решающей тенденцией десятилетия, явно происходит. В заявлении в качестве отправной точки был взят глобальный подъём 2018–2019 годов — «жёлтые жилеты» во Франции, массовые восстания от Чили до Судана, возобновление забастовочной деятельности в Соединённых Штатах. Последующие шесть с половиной лет подтвердили тенденцию в расширяющемся масштабе.

84. Пандемия, унесшая более тридцати миллионов жизней из-за сознательной политики массового заражения, в самой жестокой форме обнажила подчинение жизни как таковой интересам прибыли и спровоцировала забастовочные волны на всех континентах. Французские пенсионные битвы, британские забастовочные волны, американские забастовки в автомобильной, логистической отраслях и в сфере здравоохранения, всеобщие забастовки по всей Южной Европе и Южной Азии, более двух лет демонстраций против геноцида в Газе и три протеста «Нет королям!» (крупнейшие однодневные демонстрации в американской истории), — все это образует единую восходящую кривую. После 80-летнего табу социализм вновь выходит на сцену в самих Соединенных Штатах, хотя и в искаженных формах, направляемых «Демократическими социалистами Америки» назад в русло поддержки Демократической партии, но отражая сдвиг в сознании, который никакой аппарат не может сдерживать бесконечно.

85. В Северной Америке класс, объявленный мёртвым как общественная сила, вновь вступает в борьбу в каждом секторе: восстания против Amazon и UPS, забастовки в Матаморосе в Мексике, ознаменовавшие выход континентально интегрированного рабочего класса на сцену как единой силы. В профсоюзах все более частый отказ от контрактов со стороны более чем 90 процентов рабочих и реакция на кампанию Уилла Лемана за пост президента [профсоюза автомобилестроителей] UAW указывают на восстание рабочих против бюрократии. Это пробуждение разворачивается в самом центре мирового империализма, внутри рабочего класса, чьё подчинение требуется для восстановления американской гегемонии, и это сливает экономическую и политическую борьбу в единый поток.

86. В Африке самый молодой и быстрорастущий рабочий класс на Земле становится революционным фактором всемирно-исторического значения. Всеобщие забастовки в Нигерии, кенийское молодёжное восстание, взявшее штурмом парламент, а также забастовочные движения южноафриканского рабочего класса являются первыми действиями класса, который будет стоять в центре мировой революции XXI века.

87. В России и Китае империалистическое окружение и провокации пробуждают историческую память, на подавлении которой покоятся олигархии обеих стран. В России рабочие пополняют списки потерь в войне, ведущейся в защиту разграбленных олигархами советских активов; режим осуждает Ленина, потому что боится вывода, который рабочие сделают из 1917 года. В Китае политика государства, чей бюджет аппарата внутренней безопасности соперничает с военными расходами, свидетельствует о том, где именно КПК видит своего главного врага. Грядущие движения в обеих странах не будут цветными революциями, организованными из Вашингтона. Они будут направлены как против империализма, так и против национальных олигархий и найдут ответы на свои вопросы в наследии борьбы Четвёртого Интернационала против сталинизма.

88. То, что стоит между этим движением и его политическим выражением, является кризис революционного руководства. МКЧИ никогда не утверждал, что проблема руководства разрешится автоматически. Массовые движения пока не вырвались из-под политического контроля. Протесты «Нет королям!» были канализированы в русло поддержки Демократической партии, партии войны. Профсоюзные бюрократии функционируют всё более открыто как индустриальная полиция военной экономики.

89. Профсоюзная федерация АФТ-КПП с её миллионами членов не сделала никакого заявления по поводу иранской войны. Президент UAW ссылается на старый империалистический миф об «арсенале демократии» Второй мировой войны как на образец для нашего времени. Аппарат, который он возглавляет, саботирует голосования по забастовкам, проталкивает контракты, отклоняемые членами профсоюзов с перевесом более 90 процентов, и реагирует на оппозицию рядовых рабочих, — как это подробно задокументировал опыт кампании Уилла Лемана и её судебных тяжб, — цензурой, сфальсифицированными выборами и запугиванием именно потому, что союз бюрократии с государством и менеджментом больше не может быть оправдан перед рабочими с помощью аргументов.

90. Международный союз низовых комитетов трудящихся (IWA-RFC) был основан в 2021 году на основе перспективы передачи власти от бюрократии самим рабочим.

VI. Заключение

91. Заявление 2020 года оценивало тенденции развития нового десятилетия: извержение империалистического милитаризма в направлении Третьей мировой войны; распад капиталистического мирового хозяйства; крах буржуазной демократии и сдвиг в сторону авторитарного правления; а также международная радикализация рабочего класса, сталкивающегося с кризисом революционного руководства. К середине десятилетия каждая из этих тенденций проявила себя с силой, превосходящей собственные формулировки заявления.

92. Нынешний конфликт в историческом плане является третьим актом драмы, начавшейся в 1914 году. Американский империализм вступил в европейскую войну в апреле 1917 года, чтобы реорганизовать планету под своей гегемонией, и в течение семи десятилетий этот проект блокировался Октябрьской революцией и её всемирно-историческими последствиями. Упразднение СССР в 1991 году было воспринято как устранение препятствия и возможность завершить проект, воссоздать мир так, как будто Октября никогда не было.

93. Если война по сути своей является продолжением вековой борьбы империализма против социалистической революции, то борьба против войны является возобновлением этой революции и только такой и может быть. Она не может принимать форму защиты какого-либо национального государства, ни восстановления «порядка, основанного на правилах», который сам был инструментом контрреволюционного проекта, ни политики давления на правящий класс псевдолевых. Эта борьба требует независимой политической мобилизации рабочего класса в международном масштабе и на основе программы социалистической революции.

94. Перспективное заявление является инструментом борьбы. Её публикация, её проверка и её защита сами по себе являются моментами в преодолении кризиса руководства, который разрешается не одними объективными процессами, а сознательным построением революционной партии внутри этих процессов. Противоречия, проанализированные в данном обзоре, приобретают всё более взрывной характер, и это придаёт борьбе за революционное руководство критически значимый и неотложный характер.

95. Метастазирование империалистической войны и слияние [в единое целое эпизодов] мировой классовой борьбы — это не два процесса, а один: один и тот же кризис, рассматриваемый с позиций двух противоборствующих классов, чей конфликт определит, какое из двух возможных исходов эпохи восторжествует. Почти девяносто лет назад, накануне второй империалистической войны, Троцкий определил сущность эпохи в учредительном документе Четвёртого Интернационала: исторический кризис человечества сводится к кризису революционного руководства.

96. Четвёртый Интернационал является партией истории. С точки зрения марксизма это означает, что перспектива и практика партии коренятся в концепции характера исторической эпохи и определяются ею. Задачи партии могут быть правильно определены только в той мере, в какой она сознательно рассматривает события в контексте всей исторической эпохи. Фундаментальная теоретическая и политическая задача, стоящая перед революционным движением, состоит в том, чтобы правильно определить развитие классовой борьбы в исторической траектории эпохи войны и революции.

97. Заявление, опубликованное 3 января 2020 года, не было продуктом внезапного озарения. На международной Летней школе Партии Социалистического Равенства, проведённой в августе 2019 года, мы провели обширный обзор истории Международного Комитета. В ходе этого обзора мы определили пять этапов в истории троцкистского движения.

98. Первый этап охватывал период в 15 лет — от основания Левой оппозиции под руководством Троцкого в 1923 году до Учредительного Конгресса Четвёртого Интернационала в 1938 году. Второй этап охватывал период от Учредительного Конгресса до исторического раскола в Четвёртом Интернационале — разрыва с паблоистскими ревизионистами — в ноябре 1953 года. Третий этап охватывает период от основания Международного Комитета до раскола с британской Рабочей революционной партией в 1985–86 годах. Его особенность — в затяжной борьбе против пагубного влияния паблоистской теории и политики на Четвёртый Интернационал и внутри него. Четвёртый этап: от завершения раскола с РРП в феврале 1986 года до Летней школы 2019 года. Этот этап связан с усилиями по восстановлению и развитию наследия троцкистского движения и уроков, извлечённых из предшествующего опыта в эпоху мировой социалистической революции.

99. Школа определила 2019 год как начало пятого этапа в истории троцкистского движения. Конечно, эта отправная точка имела приблизительный характер. Она не была отмечена единственным критическим событием, как это было в 1923, 1938, 1953 и 1985–86 годах. Однако идентификация нового этапа в истории троцкистского движения не была произвольной. К лету 2019 года стало достаточно ясно, что достигнут новый этап глобального кризиса; и что это глубоко повлияет на роль Международного Комитета в борьбе рабочего класса.

100. Вступительный доклад на Летней школе ПСР 2019 года гласил, что новый пятый этап в истории троцкистского движения

будет связан с огромным ростом МКЧИ как Всемирной Партии Социалистической Революции. Объективные процессы экономической глобализации, осмысленные Международным Комитетом более 30 лет тому назад, получили дальнейшее колоссальное развитие. В сочетании с появлением новых технологий, которые произвели революцию в коммуникациях, эти процессы интернационализировали классовую борьбу до степени, которую было бы трудно представить даже 25 лет тому назад. Революционная борьба рабочего класса будет развиваться как взаимосвязанное и единое мировое движение. Международный Комитет Четвертого Интернационала будет построен как сознательное политическое руководство этим объективным социально-экономическим процессом. МКЧИ противопоставит капиталистической политике империалистической войны классовую стратегию мировой социалистической революции. Такова важнейшая историческая задача нового этапа в истории Четвертого Интернационала [12].

101. Задача, стоящая перед этим съездом, состоит в том, чтобы развить ориентацию практической работы партии в соответствии с её взаимосвязанными концепциями пятого этапа истории Четвёртого Интернационала и возрождения революционной классовой борьбы.

102. Что означает эта ориентация на практике? Это означает прежде всего построение партии в рабочем классе. Анализ, представленный в этом докладе, является не комментарием к событиям, а руководством к вмешательству в них. Радикализация рабочего класса, происходящая на всех континентах, ставит вопрос о руководстве; и вопрос о руководстве решается только одним путём — через строительство революционной партии в ходе самой борьбы рабочего класса.

103. Центральное место в этой задаче занимает расширение работы Международного союза низовых комитетов трудящихся. Комитеты рядовых рабочих должны строиться, во-первых, как инструменты классовой борьбы: органы, посредством которых рабочие формулируют свои требования, координируют свои действия на разных предприятиях, в отраслях и поверх национальных границ и прорывают изоляцию, навязываемую каждому отдельному эпизоду борьбы официальным профсоюзным аппаратом. Они должны строиться, во-вторых, как организующие центры антибюрократического восстания — средство, с помощью которого рядовые члены вырывают власть у корпоративистской бюрократии и берут ведение своей борьбы в свои руки. И они должны строиться, в-третьих, как нечто большее, чем оборонительные организации: они должны быть предвосхищающими формами подлинной рабочей демократии и рабочей власти. Создавая их, рабочий класс не просто сопротивляется существующему порядку; он начинает конституировать себя в качестве будущего правящего класса, развивая в зародыше органы, посредством которых он реорганизует социальную, экономическую и политическую жизнь.

104. Построение партии в рабочем классе неотделимо от расширения Интернационала молодёжи и студентов за социальное равенство (ИМССР — IYSSE). Около 38–39 процентов нынешнего населения США моложе 30 лет — примерно 128–130 миллионов человек из примерно 340 миллионов. Это включает примерно 22 процента моложе 18 лет и ещё 16–17 процентов в возрастной группе 18–29 лет. Процесс социальной радикализации с особой интенсивностью сконцентрирован в среде молодёжи.

105. Опрос за опросом подтверждают, что именно среди молодёжи настроения в пользу социализма находят своё наиболее широкое выражение, — среди поколения, которое не знало ничего, кроме войны, экономического кризиса, пандемии и неуклонного роста социального неравенства, и которое ассоциирует капитализм не с процветанием и демократией, а с катастрофой. Высшее образование стало массовым явлением, но миллионы молодых людей покидают кампусы, обременённые невыносимым уровнем долга, закладывая своё будущее за право быть эксплуатируемым. Стратеги буржуазии остро осознают это развитие. Как партия отмечала в своих предыдущих заявлениях, аналитические центры и редакционные коллегии правящего класса следят за поворотом молодёжи влево с нескрываемой тревогой, видя в этом смертельную угрозу стабильности существующего порядка.

106. Более того, именно молодёжь будет втянута в водоворот войны. По мере метастазирования империалистического пожара принудительный призыв неизбежно будет поставлен в повестку дня. Правящий класс, который в «нормальные» времена предлагает молодёжи только долги и неуверенность, потребует от нее ее жизней на войне. Борьба против империалистического милитаризма приобретёт поэтому критически важное значение в работе ИМССР. В этой борьбе не на жизнь, а на смерть молодёжь должна обратиться к рабочему классу — единственной социальной силе, способной остановить войну, — и основываться на стратегии международной социалистической революции.

107. Троцкий в «Переходной программе» призывал к «свежему энтузиазму и наступательному духу» молодёжи как к необходимому элементу оживления революционного движения. Но партия не просто полагается на этот энтузиазм, как бы ценен он ни был. Энтузиазм, который не развивается, будет рассеян или направлен не в ту сторону. Задача ИМССР — превратить инстинктивный радикализм молодого поколения в сознательное революционное убеждение: обучать студентов и молодых рабочих теоретически и политически, вооружать их знанием истории марксистского движения и стратегического опыта международного рабочего класса и готовить их как кадры Четвёртого Интернационала. Отделения ИМССР должны быть созданы в кампусах по всей стране. ИМССР не должен пренебрегать своей работой среди старшеклассников, радикализация которых движима социальными условиями, свидетелями которых они являются с ранних лет своей жизни, и они не должны быть оставлены под влиянием псевдолевых или армейских вербовщиков.

108. Рост партии не является чисто количественным. Набор кадров должен сопровождаться их систематическим обучением — и, по сути, одно неотделима от другого. Рабочие и молодёжь, радикализованные войной, диктатурой и социальным неравенством, будут превращены в революционную силу только в той мере, в какой они усвоят стратегический опыт международного рабочего движения, сконцентрированный в истории Четвёртого Интернационала. Марксистская теория не является «украшением» практики партии. Она является её фундаментом. Без революционной теории не может быть революционного движения.

109. Это приобретает особое значение в условиях, когда рост социалистических настроений находит свое первоначальное и искажённое выражение в подъеме «Демократических социалистов Америки». Объективное значение этого роста должно быть признано: он фиксирует левое движение масс рабочих и молодёжи и крах десятилетиями существовавшего табу на социализм. Но признание не есть приспособление. ДСА являются мелкобуржуазной организацией, программно и организационно связанной с Демократической партией. Их функция — сдерживать радикализацию рабочего класса и молодёжи и подчинять её американскому империализму. Партия Социалистического Равенства не будет приспосабливаться к этой тенденции и другим мелкобуржуазным отклонениям от революционного социализма. В любом случае, ни одна из этих партий не имеет будущего, и ДСА в первую голову. Они не оснащены и не готовы к грядущим бурям. ПСР будет бороться за то, чтобы завоевать на сторону троцкизма вновь радикализованных рабочих и молодёжь путем терпеливого разъяснения исторических и классовых вопросов и бескомпромиссной критики политики псевдолевых и всех агентур империализма, включая всё то, что осталось от сталинизма и его злокачественного влияния на международное рабочее движение.

110. ПСР не забыла предупреждение, высказанное британской Социалистической рабочей лигой почти 60 лет назад, когда она была ещё троцкистским движением и вела борьбу против паблоистского оппортунизма. Противодействуя дрейфу Организации коммунистов-интернационалистов (OCI) — в то время французской секции Международного Комитета — в сторону центризма и оппортунизма, СРЛ предупреждала:

На такой стадии развития [т.е. на ранних стадиях радикализации рабочего класса] всегда существует опасность того, что революционная партия отреагирует на ситуацию в рабочем классе не революционным путем, а путем адаптации к уровню борьбы в условиях, когда рабочие ограничены своим собственным опытом под старыми руководствами, то есть к неизбежной первоначальной путанице [13].

111. Эти предупреждения подтвердились не только последующими предательствами OCI, но и самой СРЛ. Именно в этом контексте история партии приобретает особенно важное значение. Борьба, которую Международный Комитет вёл против паблоистского ревизионизма, была по сути своей борьбой против ликвидации политической независимости рабочего класса и ее растворения в мелкобуржуазных тенденциях именно такого типа. Пять этапов истории троцкистского движения, рассмотренных Летней школой 2019 года, не являются академической периодизацией; они составляют накопленный стратегический капитал мировой социалистической революции.

112. Следующий съезд ПСР в 2028 году совпадет со столетием основания Международной Левой оппозиции в 1928 году, в чем Джеймс Кэннон сыграл столь решающую роль. Подготовка к этой исторической годовщине должна быть в центре внимания для воспитания нового поколения и его восприятия этой истории. Это необходимое предварительное условие для разрешения кризиса революционного руководства. Socialism AI («Социализм-ИИ»), который был запущен МСВС в декабре 2025 года, сыграет важнейшую роль в воспитании партийных кадров и образовании рабочего класса в целом.

113. IX съезд созывается, как данный доклад стремился продемонстрировать, в точке, когда перспектива партии и объективное движение истории зримо пересекаются. Задача, с которой он сталкивается, состоит в том, чтобы подготовить партию — политически, теоретически и организационно, — к революционным битвам, которые это сочетание делает неизбежными.

Примечания:

[1] Mehring Books, 2026, p. x; https://www.wsws.org/ru/articles/2026/07/09/book-j09.html.

[2] John Kelly, The Twilight of World Trotskyism (New York, Routledge, 2023), p. 97.

[3] Ibid, p. 78.

[4] Первый этап (1999): Польша, Венгрия и Чехия — первые государства бывшей Организации Варшавского договора, принятые в НАТО при администрации Клинтона, в прямом нарушении заверений, данных Горбачёву в 1990 году о том, что НАТО не продвинется «ни на дюйм к востоку» за пределы объединённой Германии.

Второй этап (2004): Самая крупная волна — Эстония, Латвия, Литва, Словакия, Словения, Румыния и Болгария. Это впервые вывело НАТО на бывшую советскую территорию, причём три прибалтийские республики позволили альянсу занять позиции непосредственно на северо-западной границе России.

Третий этап (2009): Албания и Хорватия, расширение альянса на Западные Балканы после расчленения Югославии, в котором бомбардировочная кампания 1999 года сыграла решающую роль.

Четвёртый этап (2017 и 2020): Черногория (2017) и Северная Македония (2020), поглощение большей части бывшего югославского пространства и закрепление позиций НАТО на Адриатике и на южных Балканах.

Пятый этап (2023–2024): Финляндия (апрель 2023) и Швеция (март 2024), отказавшиеся от десятилетий формального нейтралитета в качестве прямого ответа на войну на Украине. Одно только вступление Финляндии более чем удвоило протяжённость сухопутной границы НАТО с Россией.

[5] David North, A Quarter Century of War: The U.S. Drive for Global Hegemony 1990-2016 (Oak Park: Mehring, 2016), p. 6.

[6] Гиндукуш — горный хребет, простирающийся примерно на 800 километров через центральный и восточный Афганистан в северный Пакистан, с западными отрогами, уходящими к иранской границе, и восточным концом, сливающимся с Каракорумом и, за ним, Памирской и Гималайской системами.

[7] A Quarter Century of War, p. 6.

[8] Resisting the Rule of the Rich: Protecting freedom from billionaire power: https://oi-files-d8-prod.s3.eu-west-2.amazonaws.com/s3fs-public/2026-01/EN%20-%20Resisting%20the%20Rule%20of%20the%20Rich.pdf.

[9] The Russian Revolution: A New History (New York: Basic Books, 2017), pp. 351-352. Cited in Why Study the Russian Revolution? (Oak Park: Mehring Books, 2017-2018), p. 327: http://mehring.com/why-study-the-russian-revolution-vol-i.html.

[10] David North, Fourth International, July-December 1988, p. 39: https://www.wsws.org/en/special/library/fi-15-34/03.html.

[11] Маркс К. и Энгельс Ф., Святое семейство, или критика критической критики. Против Бруно Бауэра и компании: https://www.marxists.org/russkij/marx/1844/holy_family/07.htm.

[12] The Fourth International and the Perspective of World Socialist Revolution 1986-1995 (Mehring, 2020), pp. 30–31: https://www.wsws.org/en/articles/2020/08/12/mehr-a11.html.

[13] Trotskyism versus Revisionism (London: New Park, 1975), Vol. 5, pp. 113–14: https://www.marxists.org/history/etol/document/fi/tvsr/Trotskyism-Versus-Revisionism-Volume-5.pdf.